Душа ведь женщина

* * *

Душа ведь женщина —
Ей нравятся безделки.

На подиум безумия
Поднялась неспеша,
Как лучик лунных сумерек
Бессмертная душа,
По спектра семицветию,
На лезвие, и взал,
Она зрачками встретила
Прожекторов оскал,
И вынесла движение
Из пластики основ,
Из таинства рождения
Неазвнных стихов,
Но черная жемчужина
Тревожный четкий ритм
Вплетали в жути кружева.
Бесовский алгоритм
Остался неразгаданным,
И вновь глазами в зал,
Взрывался звук петардами
И свет ступни лизал,
На лаковых трамплинчиках,
Под лайкрой стыла боль
И до предела взвинчена
Ее слепая роль,
И навсегда измучена,
Истерзана, она
Исчезнет лунным лучиком
В неуязвимость сна.

* * *

Без истерик душу и страну
Я б подал, но только подороже,
Ставя на шагреневую кожу
Даже если Вечность на кону.
Все, что есть, но кроме двух вещей,
Как бы нищета не теребила —
Жизни и здоровья дочерей
И любви единственной Любимой.

* * *

Пусть с лобастых соборов летит Благовест
Мы во славу стеклянной часовни
Вместо подписи ставим безграмотный крест,
И опять покапотные кони,
Симулируя злую морзянку копыт
Нас несут по щербатым проспектам —
Виртуальной реальности замкнутый скит
Стынет в красках стеклянного спектра.
Современность свои утверждает права,
Называя отсутствие стиля
Стилем нашей эпохи,
И плачут слова
Над своим стариковским бессильем.

* * *

Стони козней незнакомых
Недругов и сотни бед,
Вот паноптикум бессонных
Ночек, если рядом нет
Страстной, ласковой, капризной,
Да пожалуй что любой.
Я порву в разлуку визу
И отправлюсь за тобой.
Пусть во сне, пусть понарошку,
За медовый месяц наш,
Буду я таскать картошку,

И построю наш шалаш.
С кратким адресом Эдема
Всех влюбленных, а пока
Встречи ждать, страшась измены
И всю ночь менять бока.

* * *

Май литтл кэт — пушистый и блохастый,
С дождливымии полосками боков
Валялся, как тюлень, раскинув ласты
И щурился из янтаря веков.

А я подозревал знанье сути,
В ленивом, независимом зверьке,
Вчера восстановился в институте
И не купил бутылочку в ларьке…

* * *

Так странно, словно дождь на Рождество,
Упал в разлуку наш медовый месяц.
В отдышливых пролетах темных лестниц
Календаря, дурманит колдовство.
И не дает метаморфозе цифр
Вернуть тот темп, когда мы были рядом,
А пальцы памяти, набрав привычный шифр,
Из сейфа достают флакончик с ядом.
Я и не знал, что будет так темно,
Назло огню вольфрамовых спиралей,
Когда чудное облачко одно,
Дополнив мезансцену расставанья,
На рябенький, расплавленный асфальт
Вдруг уронило два десятка капель.
И выслушав движка ворчливый альт,
Попало под бесплотный, желтый скальпель.
Что полоснув по бежевым бокам,
Запрыгал зайчиком на опустевшем месте,
И болью отраженья по зрачкам
Ударил… Поворот… И страшно тесен
Прохладного парадного проем,
А лестничный пролет ужасно долог,
Вдруг показались. Так, субботним днем
Я шел домой на остров треуголок.
Загрустила рыбка-клоун,
Да и некого смешить.
Время хвастает уловом
За безумие любить.
Вот теперь топорщи жабры,
Словно крылья — не взлетишь.
Под вопросом сложность швабры,
И судьба хороших крыш.
Под вопросом возвращенье,
А фантазия финал
Нарисует пострашнее,
Чем боялся и желал

Читайте так же: